Հայերեն
English
Azəricə
Deutsch
Русский
Français


НОВОСТИ В СОЦСЕТИ

facebook twitter youtube



ПАРТНЕРЫ

The Armenian Genocide Museum

Open Armenia


OLD VERSION xocali.net



То, что они показывают, - не Ходжалу

Дана Мазалова

Интервью Даны Мазаловой газете "Голос Армении"

Эту гостью мы ждали очень давно - с тех пор, как по миру начали распространяться ложь и гнусные поклепы на армян в связи с событиями в Ходжалу. Дана Мазалова - известная чешская журналистка - прошла всю Карабахскую войну, работала в других горячих точках, является автором многочисленных фильмов и публикаций. Именно Мазаловой удалось в марте 1992 года увидеть кадры, отснятые в конце февраля азербайджанским оператором и тележурналистом Ч.Мустафаевым недалеко от Агдама.

- Дана, как и когда появился у вас интерес к нашему региону, к Армении?
- В 1982 году коллега предложил мне поехать на автомобиле в СССР и я, не задумываясь, выбрала маршрут в Ереван. Это было не случайное решение - годом раньше мне подарили книгу "Архитектурные памятники Армении". Так я впервые попала в Армению, и моим самым сильным впечатлением стал Гошаванк: в различных точках церкви стояли молодые ребята и пели старинные армянские песни. Это было незабываемо - потрясающая акустика и потрясающая музыка.

Еще меня поразили тогда армянские глаза. Мне кажется, в них застыло особое выражение, которое я назвала про себя "победная покорность". Я вообще люблю смотреть в глаза людей, представляющих очень древние нации. Есть такая теория, согласно которой варвары вытесняли более культурные нации с низменных территорий в горы. Так было и на Кавказе, где, на мой взгляд, вообще есть что-то магическое и необъяснимое. В Карабахе можно встретить стариков, которые и читать-то толком не умеют, но в них таится такая мудрость, до которой может не дойти человек, проучившийся во всех университетах мира. Армения для меня вообще - один из центров европейской и христианской культуры.

Поэтому для меня уже было естественным приехать сюда и в дни землетрясения, и во время войны и освещать события в качестве журналиста. Постоянно моталась из Еревана в Степанакерт, Баку, Москву и обратно. Старалась освещать войну с обеих сторон - сидела и в армянских, и в азербайджанских окопах.

- Как вы впервые узнали о том, что произошло в Ходжалу?
- В апреле 1995 году я изложила все, что мне известно, в статье, опубликованной в чешском еженедельнике "Рефлекс". Речь шла о следующем. В середине марта 1992 года азербайджанский оператор и журналист Чингиз Мустафаев, с которым мы дружили, показывал мне у себя дома в Баку сырой видеоматериал, отснятый им в феврале на подступах к Агдаму. Хочу особо подчеркнуть, что Чингиз был единственным оператором, который снимал погибших там людей. Но кадры, показанные мне Мустафаевым, не имели ничего общего с теми видео- и фотокадрами, которые азербайджанская сторона представляет сейчас всему миру как его съемки.

Чингиз летал туда на вертолете и вывез с собой часть погибших, чтобы похоронить. Это были тела турок-месхетинцев, лежавшие примерно в 10 км от Агдама, все они были одеты, в целости. Территория контролировалась азербайджанской стороной, а среди трупов Чингиз заместил человека в военной форме, который не испугался азербайджанского вертолета. Все это я видела на кадрах, которые он мне показывал. Когда спустя несколько дней Мустафаев вернулся за остальными телами, он был поражен переменами в их состоянии: трупы были скальпированы.

- Азербайджанская сторона демонстрирует страшные кадры обнаженных и изнасилованных детей, изуродованные трупы женщин. Такие кадры были у Мустафаева?
-Повторяю: ничего такого на отснятых Мустафаевым видеокадрах и близко не было: ни обнаженных детей и женщин, ни скальпированных мужчин. Зато я очень хорошо запомнила, что у погибших были прострелены колени. Мустафаев по первой профессии врач, поэтому он сразу понял, что эти люди умирали долгой и мучительной смертью и истекли кровью. Кроме того, в них, несомненно, стреляли с близкого расстояния и целились именно в колени. Кто-то намеренно убил этих людей, но кто и с какой целью, не могу сказать. Я говорю лишь о том, что видела сама. Повторяю: ничего такого на отснятых Мустафаевым видеокадрах и близко не было: ни обнаженных детей и женщин, ни скальпированных мужчин. Зато я очень хорошо запомнила, что у погибших были прострелены колени. Мустафаев по первой профессии врач, поэтому он сразу понял, что эти люди умирали долгой и мучительной смертью и истекли кровью. Кроме того, в них, несомненно, стреляли с близкого расстояния и целились именно в колени. Кто-то намеренно убил этих людей, но кто и с какой целью, не могу сказать. Я говорю лишь о том, что видела сама.

- Мустафаев как-то комментировал эти кадры?
- Это трудно комментировать. Он только сказал: "Ты поняла? Я теперь боюсь передвигаться по Баку без бронежилета". Вы знаете, что спустя несколько месяцев Мустафаев был убит. Кстати, Чингиз, как истинный профессионал, снял свою смерть. Он стоял с камерой в руках и, получив удар в спину, сразу повернул ее объективом к себе.

- Как вы думаете, где сейчас могут быть реальные кадры Мустафаева?
- По всей вероятности, они могли сохраниться в архивах той телекомпании, на которую он работал. Надо искать.

- Как вам удалось взять то самое знаменитое интервью у Муталибова, которое было опубликовано в "Независимой газете" 2 апреля 1992 года и фактически проливало свет на события конца февраля при Агдаме?
- Именно увиденные у Чингиза кадры и вызвали у меня вопросы к Муталибову, которого, как вы знаете, отправили в отставку именно после событий в Ходжалу. К тому же для журналиста вполне логично брать интервью у свергнутого президента.

- Впоследствии Муталибов опроверг собственные слова о наличии гуманитарного коридора для выхода мирных жителей.
- Это его дело. Я знаю, что он это говорил. И это могут подтвердить сотрудницы "Независимой газеты", делавшие расшифровку интервью, и коллеги- журналисты, слушавшие запись. Насколько я знаю, сохранились и кассеты. Могу добавить, что в Азербайджане именно меня, журналиста, обвиняют за это интервью. Там считают, что я не должна была задавать этот вопрос. То есть я виновата в том, что руководствуюсь нормами демократической журналистики.

- Вы потом возвращались к теме в своих материалах?
- Для чешского читателя все это неинтересно и актуализируется только в случае привязанности к сегодняшнему дню, как произошло недавно в чешском городке Лидице. Вы знаете, что население этого маленького городка было полностью уничтожено нацистами в годы Второй мировой войны и сейчас там установлен мемориал в память о жертвах. Узнав, что 26 февраля в Лидице готовится какая-то акция, связанная с Ходжалу, я посоветовалась с друзьями и решила поехать туда. К сожалению, чешская сторона не проверила достоверность представляемых азербайджанцами материалов, однако благодаря вмешательству армянского посольства в Лидице не приехали приглашенные для участия некоторые официальные лица Чехии, как, например, министр культуры.

Я подошла к руководителю азербайджанской организации Назарову и спросила его: "Откуда эти фотографии, которые вы выдаете за снимки из Ходжалу?" Поговорила и с сотрудниками музея, и с мэром Лидице, выступила перед собравшимися и рассказала все, что мне известно, - с фактами и ссылками. И еще я сказала, что данная акция - это издевательство над жертвами нацистов, такое просто недопустимо. Мы не хотим, что наши памятники и нашу память кто-то использовал в собственных целях, для грязного пиара, да еще и с помощью подделок.

- Давайте завершим с того, с чего начали, - о существовании в Армении некоей собой духовности. Вы и сейчас это ощущаете?
- Мне кажется, вы теряете эту духовность, причем процесс начался сразу после землетрясения. Когда людям нечего есть, когда вокруг холодно и темно, а страна заблокирована, трудно сохранить культуру в себе и в отношении к окружающим. Плюс война, которая никогда не проходит бесследно и несет за собой множество последствий, что особенно ощутимо на постсоветском пространстве. Коротко я бы назвала это снижением чувствительности к дозволенному. Так происходит после чеченской войны и в России, где появляются майоры евсюковы, и в Боснии, это характерно и для Армении, и Азербайджана. Люди привыкают к вседозволенности, снижается нравственная планка, происходит очевидная деградация - таковы, к сожалению, неизбежные последствия войны.

P.S. В ходе нашей встречи с Даной произошла любопытная сценка. В холле гостиницы появился Томас де Ваал - автор книги "Черный сад" - и поинтересовался, кто говорит перед камерой. Мы объяснили, что это чешская журналистка, которая рассказывает о том, что ей известно о происшедшем в окрестностях Ходжалу. Реакция де Ваала, считающегося исследователем карабахского вопроса и любящего с умным видом советовать всем, как надо его решать, была неожиданной: он почему-то занервничал и поспешно ретировался, не проявив никакого интереса к тому, о чем говорила Мазалова. Такой вот "исследователь" и "эксперт", который, видимо, и так все знает о реалиях Карабахской войны...


Источник


Другие материалы по теме:

Интервью радио "Азадлыг" с Рамизом Фаталиевым

Свидетельства азербайджанцев

Аяз Муталибов: Я гуманист. В душе

«По распоряжению властей нужно было сообщить, что Ходжалы не захвачен армянами»

Ч. Мустафаев: герой или фальсификатор?

Я шла вместе с ними (Репортаж о событиях февраля 1992 года)

Карабахский узел попал в руки хирурга

Ходжалы: Хроника невиданного подлога и фальсификаций


Сайт Xocali.net создан "Инициативой по Предотвращению Ксенофобии"
в сотрудничестве с пользователями форума OpenArmenia.com
Rambler's Top100 Goon Каталог сайтов
2010-2015 © Copyright     E-mail: info@xocali.net